Подписывайся на рассылку и получи подарок


Лица

BUREAU A: "Быть архитектором – не значит выполнять любые запросы заказчика".

|

В сентябре, по приглашению CANactions, в столицу прибыл дуэт швейцарских архитекторов BUREAU A. В киевском архитектурном клубе Даниэль Замарбиде и Леопольд Барчини провели круглый стол на тему «Что теперь?». Они рассказали о своей компании и проектах, над которыми работают. Среди достижений студии – Золотой лев на Венецианской Биеннале в 2010 году, а также множество интересных коллабораций и экспериментов. Мы поговорили с архитекторами о философских и практических аспектах их работы.

– Как вы решили работать вместе? Расскажите немного о создании своей компании.

– Мы познакомились в тот период, когда Лео уже несколько месяцев работал в group8, а также сотрудничали в Женевском университете Искусства и Дизайна. Мы представляли эту школу во время работы над проектом павильона для Миланской выставки 2010. Позже Леопольд успел поработать в качестве приглашенного профессора в этом же университете – так у нас появилось время и место для проведения дискуссий о наших увлечениях. А когда я ушел из group8, то мы всерьез задумались о совместной работе и начали использовать для этого любые возможности. Вот так абсолютно естественно и возникло BUREAU A («БЮРО» – как нам самим больше нравится его называть).

Лео к тому времени успел открыть свой офис 1to100 (и даже сделать парочку проектов от своего имени), поработать ассистентом профессора Harry Gugger в Политехническом университете Лозанны.
Так что у нас было много общего: культурный бэкграунд, схожее отношение к предметам, которые находятся на периферии с архитектурой (искусство, кино, плюс общий интерес ко многим культурологическим дисциплинам). Собственно, наша общность и привела нас к созданию BUREAU, в котором мы пытаемся расширить границы интервенции архитектуры. У нас одинаковое образование (мы же оба архитекторы, в конце концов!), методы проектирования здания и разработки планов. Также нам обоим нравится работать с очень маленькими объектами вроде дизайн-инсталляций и над сугубо исследовательскими проектами.

– Как складываются ваши отношения с бывшими коллегами, например из group8?

– У нас прекрасные отношения с коллегами! Я думаю, что Леопольд и я решили изменить свою профессиональную жизнь по очень личным и философским причинам. Это не «развод» c предыдущими коллегами. Так произошло из-за желания пересмотреть свое отношение к архитектурной практике в целом. Я продолжаю считать group8 прекрасной мастерской, они делают по-настоящему хорошие проекты. И, в конце концов, согласись, критиковать ту структуру, в которой сам проработал более 10 лет и где активно выкладывался, – это странно.

– Знаю, что вы много работаете со студентами. Что это для вас  – сотрудничество или преподавание?

– Преподавание нам кажется очень увлекательным занятием, это естественное продолжение того, что мы делаем в БЮРО. Именно поэтому в наших воркшопах так много экспериментов – это один из способов решения вопросов и вечных проблем в дизайне и архитектуре, а также эффективная реализация научно-исследовательских проектов вместе со студентами. Короче говоря, это большая ответственность, которую мы, как учителя, берем на себя. Мы должны дать им надежный бэкграунд и создать базу для будущей деятельности. С этой точки зрения это можно расценить как сотрудничество, но у нас разный статус: мы – в профессиональном мире, а они – в мире учебном. Сейчас во многих школах есть такая тенденция – представлять работы своих студентов в профессиональном контексте. Это интересно, студенты могут притронуться к реальному профессиональному миру, однако это может быть рискованно. Студент есть студент, и он должен полностью пройти программу обучения.  Это особая ситуация, где любые возникающие трудности очень отличаются от тех, с которыми сталкиваешься  в профессиональном контексте. Обучение – это творческая активность для нас. Мы придумываем брифы и задачи к очередному воркшопу, это очень серьезный процесс, и мы должны сами непрерывно исследовать те вопросы, над которыми хотим поработать со студентами. Это наш путь к изучению самих себя. Так что, отвечая на твой вопрос, это обмен опытом со студентами, но все же не реальное сотрудничество.

Проект "The Commune", реализованный вместе со студентами Geneva University of Art and Design

– Что вы оба думаете о социальной роли архитектора? Может ли он влиять на политическую и социальную жизнь общества?

– Мы оба твердо верим в идею нашего участия в социальной жизни. Теоретически мы и в политическую деятельность можем вовлекаться, но суть выражения «быть политичным»  – не в принадлежности к какой-либо партийной идеологии. Оно говорит о постановке вопросов и изучении структур власти, внутри которых мы сформировались. Эти структуры являются для нас окружающей средой, и мы чувствуем, что им нужно постоянно бросать вызов. Мы основали свою компанию для работы над вопросами нашего социального и политического взаимодействия. Например, мы выбираем проекты, где задаем вопросы об этическом и социальном контексте, вникаем в скрытый смысл. Несмотря на нашу любовь к истории архитектуры и к теории, мы хотим задавать практические, популярные, и социальные вопросы, которые вступают в диалог с множеством других дисциплин. В наших проектах нет закрытого концептуального решения, они открыты для интерпретаций.

– Какой уровень образования должен иметь архитектор? Какие знания необходимы для него?

– Сложно ответить на этот вопрос. С некоторых пор мы больше не считаем, что для развития архитектуры есть только один путь. Есть множество способов быть архитектором и дизайнером.  К тому же, системы образования в США, Англии, Швейцарии и Вьетнаме очень отличаются друг от друга. В конце концов, мы ведь все архитекторы, и я бы не сказал, что архитекторы из Швейцарии лучше архитекторов из США или Вьетнама. Не думаю, что это так.

–  Расскажите о проекте для Венецианской Биеннале. Какой опыт вы получили, работая над проектом?

–  Работать над проектом RECLAIM был очень сложно и, следовательно, полезно – мы получили колоссальный профессиональный опыт.  Сначала мы занялись изучением новой территории – острова, о котором практически ничего не знали. Во время проекта нам пришлось не только интегрировать новую культуру, но и работать с авторитетами, которые не принимают жесткой критики. Внимательное изучение нового урбанизма и стремительного развития региона в последние несколько декад помогли нам отразить в проекте основные капиталистические тренды. В некотором смысле это можно расценивать как ускоренную демонстрацию того, как старый мир начал жить после либерализации экономики. И, как в любом мультидисциплинарном проекте, мы много получили от сотрудничества с фотографами, режиссерами, дизайнерами, куратором проекта и другими профессионалами.

– Даниэль, расскажи о своей позиции «никогда не строить тюрьмы». Как ты считаешь, нужны ли обществу военные институты?

–  Как я и говорил на лекции,  мы не отказываемся о чем-либо размышлять. Наоборот, вот Леопольд защитил свою магистерскую работу по этой специфической теме, и я сам проводил воркшопы на тему тюрем. Однако это  границы моей этической вовлеченности в данную тематику. Быть архитектором –  не значит выполнять любые запросы заказчика.
Моя задача как архитектора – не в том, чтобы позиционировать себя в условиях военных институтов. Это мое личное отношение и личные этические нормы. У меня есть право выбирать, что делать и чего не делать. Мы верим, что важно хотя бы задаваться этими вопросами и думать о том, что для нас приемлемо, а что нет.

–  Леопольд, а у тебя есть какие-то архитектурные принципы или правила?

– Не то, чтобы мы придерживаемся каких-то правил, но мы стараемся уважать общие принципы. Один из них – работать над теми проектами, которыми мы сможем гордиться по завершению. Это подразумевает не только то, что мы хорошо выполняем чертежи, но и то, что мы также удовлетворяем запросы общества и клиента. У нас есть эстетическая, экологическая, политическая и социальная уверенность, и наши проекты должны следовать ей. Это звучит логично и  очевидно, но когда вы возглавляете фирму,  вам иногда приходится отказываться от проекта, который может «накормить». Другими словами, мы согласны жить, зарабатывая меньше, чем могли бы, но зато следуя законам нашей этики.

–Что вас вдохновляет больше всего.

– Нас вдохновляет множество вещей. Лео – прирожденный путешественник, постоянно привозит в офис свежие впечатления, культурные находки, пейзажи, которые вдохновляли его в поездке. Я же – «книжный фрик». Мы оба интересуемся искусством и разными гранями культуры. А еще нас обоих привлекает народная и спонтанная архитектура.

Проекты BUREAU A

Фотографии Bureau A, Thomas Mailaender,Sandra Pointet,Денис Давыдов

Лучшее за неделю

Похожие материалы

КОММЕНТАРИИ (1)

Для возможности комментировать, пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь

Макс Варламов     24 октября 2012 года 11:29
А у нас с студентами нет такой работы, тоска(