Дизайн

Эксклюзивное интервью с Хироки Мацуура

|

 

Хироки Мацуура, директор компании «MAXWAN + MASA architects», живет и работает в Роттердаме (Нидерланды). В своих проектах архитектор достигает всегда гармоничного сочетания японской сдержанности и европейской демократичности.

 

 

Мацуура

 


Мы рады знакомству с таким интересным и вдумчивым архитектором, который ответил на все наши вопросы, и теперь наш мир больше не будет прежним!

 

 

 

The Architect: У вас большой спектр задач. Как вы считаете, вот эта многозадачность норма для современного успешного архитектора?

 

X. М.: Да, однако здесь будет правильнее отметить, что я, как архитектор, не работаю в одиночку. Помимо творческой составляющей, проектирования и композиционных решений, существует целый спектр составляющих, без которых просто невозможен итоговый результат.


Речь идет о менеджменте, конструкторском отделе, строительстве, финансах, и так далее. Список можно продолжать достаточно долго.


Что касается многозадачности, как нормы для современного архитектора — абсолютно уверен, что да!

Сам архитектурный процесс усложняется все больше и для того, чтобы проект превратился в реальный объект, нужно здорово потрудиться. И успех в некотором роде зависит и от компетентности архитектора по каждому из составляющих этого процесса. Безусловно, в одиночку ему не справиться, но понимать все нюансы он просто обязан!

 

 

 

The Architect: Вас беспокоит влияние денег на архитектуру? Если мыслить вопросом практичности, то архитектор выполняет задачи заказчика, как правило, это частный инвестор. Таким образом, сфера, которая должна нести социальную ответственность, пошла по пути коммерциализации. Вы считает естественным такой ход событий?

 

X. М.: Справедливости ради, стоит отметить, что на протяжении всей истории архитектор никогда не имел свободы в проектировании — он всегда был ограничен окружающей средой, технологическими возможностями, градостроительными ограничениями и потребностями общества. Так продолжается и теперь.


Поэтому не стоит удивляться, что архитектор и сегодня стеснен массой ограничений, если он хочет стать частью градостроительной системы. А это не только перечисленные мною ранее факторы, но и финансовый вопрос.

 

 

интервью

Фото: Сергей Забуранный

 


Повторюсь, архитектор сегодня должен быть очень многозадачным, а потому он должен разбираться в финансовом менеджменте строительства. Безусловно, речь идет об общем понятии.

Архитектура всегда была частью коммерции, будь-то частный инвестор или институционный.


Профессия архитектора заключается в обслуживании, как бы это печально не звучало. Он попросту получает заказ и вынужден делать то, что от него требуют. Задача заключается в том, чтобы сделать это максимально хорошо. Перед ним есть выбор: либо построить виллу богатому клиенту, либо отказаться и поработать над созданием социального жилья. Это просто один из примеров.

 

 

 

The Architect: Согласны ли вы, что качественная архитектура — удовольствие недешевое, а потому современному обществу она не по карману, потому хорошей архитектуры меньше, чем должно быть?

 

X. М.: Я, безусловно, не могу сказать, что очень дорогостоящую конструкцию можно каким-либо образом реализовать дешево. Это невозможно. Но, по моему мнению, дорого — это не всегда хорошо, это не всегда лучшее решение. Взять, к примеру, Роттердам в 1950-е годы. После Второй мировой войны он был полностью разрушен, и существовала острая необходимость в создании домов для большого количества людей. Безусловно, денег на это не было — после войны ни у кого вообще не было средств. Но архитекторы сумели создать новый образ города и возвести множество качественных недорогих сооружений, которые и сейчас выглядят красиво, качественно и функционально.


Речь в данном случае идет не о деньгах, а о том, как ты к этому относишься. Тут на первый план выходит более глобальная миссия, а потому и разумные решения всегда находятся.

 

Деньги — это не критерий качества архитектуры, стоимость ее возведения, в первую очередь, должна быть разумно обоснованной.

 

мацуура

Фото: Дом и Интерьер

 

 

 

The Architect: Как вы считаете, должен ли архитектор нести образовательную функцию своими работами и подымать уровень восприятия среди своих заказчиков?

 

X. М.: Безусловно! Иначе и быть не может, ведь архитектор является, в первую очередь, профессионалом своего дела. Заказчик, будь-то правительство, город или частное лицо, обращается к архитектору за помощью в реализации грамотного, функционального и эстетически совершенного объекта.


Многого они попросту не знают, а потому архитектор должен сам донести/предложить/дать возможность выбора.

Именно благодаря профессионализму, знаниям и эстетическому восприятию архитектора, мы можем получить соответствующий результат.

Не стоит забывать и об окружении, ведь архитектурный объект не может быть сам по себе. Интересно, что сейчас градостроительство является самым важным фактором в проектировании, хотя раньше, еще тех же десять лет назад, это было не так распространено. Я часто бываю в России, могу сказать, что в 2006 году никто там не заботился о градостроительстве. Сегодня же о нем говорят все.

 

 

 

The Architect: У вас был очень интересный проект, в котором вы предлагали проект города без преступности. Как вы считаете, современные архитектура и градостроительство способны решить такую задачу?

 

X. М.: Это нельзя назвать проектом — это, скорее всего, комплекс всех моих знаний и наработок по этому вопросу. Как результат, ряд действенных мер, идей, заметок и решений, которые в действительности способны сделать уровень преступности в городе намного ниже.

 

 

интервью

Фото: Сергей Забуранный

 

 

Убежден, что градостроительство и архитектура способны если не решить полностью, то существенно помочь в решении этой проблемы. И это действительно так. Речь идет не о том, как изолировать преступника, а о том, как убрать саму возможность осуществления преступления любым человеком. Залог создания безопасной среды состоит не в том, чтобы обеспечить защиту собственной территории, но и того, что объединяет эти самые «частные территории» — общественных зон. И только градостроительство с архитектурой могут помочь в создании безопасного окружения в комплексе.

 

 

The Architect: Что это к примеру?

 

X. М.: На самом деле вопрос этот достаточно комплексный и отдельно взятое решение не даст необходимых результатов. Я неоднократно читал лекции о том, какие архитектурные решения помогут уменьшить уровень преступности города. (Кстати, полную версию лекции можно скачать здесь — прим. автора)


Самые простые примеры: высокий забор не обеспечивает безопасности, ведь за ним не просматривается частная территория со стороны общественной, а это уже «возможность» осуществить преступление. Как я уже упоминал, главная задача — убрать саму возможность осуществления преступления человеком.

 

 

безопасность

Фото: Hiroki Matsuura

 


Необходимо избегать так называемых «слепых фасадов», то есть тех частей здания, которые не просматриваются людьми, не имеют подход транспорта. Здание должно быть доступно со всех сторон.

 

 

безопасность

Фото: Hiroki Matsuura

 


Фасад здания должен быть обращен на улицу, чтобы оптимизировать естественное наблюдение обеих территорий. Или он должен быть расположен максимально близко к оживленной улице.

 

 

безопасность

Фото: Hiroki Matsuura

 

 

Это лишь некоторые из примеров. На самом деле, как вы сами могли убедиться, именно градостроительство может помочь существенно сократить преступность в городе. И это действительно работает.

 

 

 

The Architect: Современная архитектура спальных районов, когда мало зелени и много бетона способствует уровню недовольства и росту агрессии общества?

 

X. М.: Нельзя сказать, что только наличие бетона и отсутствие зелени будет способствовать росту уровня агрессии и преступности. Тут все зависит от комплексного подхода в градостроительстве. Именно правильное планирование спальных районов поможет сделать окружение безопасным.


Правильное соотношение частной и общественной территории, просматриваемость и подход к каждому зданию, «доступность» архитектуры — все это, безусловно, влияет на уровень агрессии.

 

 

 

The Architect: Существует мнение, что усиленная учеба дает лишний багаж, с которым потом тяжело идти по жизни, ваше мнение к образованию, может ли оно быть чрезмерным и мешать в работе?

 

X. М.: Образование — это жизнь, и это никогда не может быть чрезмерным. Ежедневно мы должны узнавать что-то новое, расширять свой багаж знаний и опыта. Только так мы можем уверенно идти вперед.


Особенно это касается архитектуры. Ежедневно появляются новые возможности и потребности, а потому мы должны всегда идти в ногу со временем и учиться новому.

 

 

интервью

Фото: Сергей Забуранный

 


А мы хотим выразить благодарность журналу «Дом и Интерьер» за организацию конкурса «Интерьер года» и возможность пообщаться лично с потрясающим архитектором Хироки Мацуура.

Лучшее за неделю

Похожие материалы

КОММЕНТАРИИ (0)

Для возможности комментировать, пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь